Главная » Студенческая правда

Немецкие поисковики в лагере «Ингрии»

С 27 августа по 10 сентября 2011 года университетский поисковый отряд «Ингрия» проводил свою 34-ю Вахту Памяти. Эта Вахта для всех участников оказалась особенной, так как в ней приняли участие семеро представителей германского союза «Поиск погибших и пропавших без вести» из разных городов Германии.

У нас в отряде есть представительница Швеции Иоганна , но к ней уже все привыкли и считают ее своей. К тому же, она из страны, не принимавшей участие в войне. А тут «живые» немцы, причем среднего и пожилого возраста, от 36 до 72 лет. Узнав, что к нам едет 72-летний Вернер Мушалек, ребята сказали: «Ведь он же Гитлера помнит!». Но Вернер оказался родом из Восточной Пруссии, из Силезии, и помнит только, что когда ему было 6 лет (это было в 1945 году), они были вынуждены покинуть территорию Польши, и зимой в открытых грузовых вагонах ехать в Германию, в Берлин. А в Берлине в памяти ребенка запечатлелись в первую очередь голод, холод, уличные бои, взрывы бомб и снарядов и атмосфера всеобщего страха.
С представителями союза «Поиск погибших и пропавших без вести» члены поискового отряда «Ингрия» Катя Кудинова и Гриша Бердичевский познакомились в Германии. По их предложению немцы приехали в Россию для участия в поиске погибших и пропавших без вести, причем, независимо от их принадлежности к противоборствующим сторонам. Им было неважно, найдут они русского или немца; главное — найти и по возможности вернуть погибшему человеку имя, сообщить о нем его родственникам, которые до сих пор ждут своих не вернувшихся с войны солдат.
Для членов отряда прибытие немцев для участия в поиске оказалось настоящей сенсацией. Съехались представители нескольких поколений поисковиков, к моменту прибытия немцев в лагере находилось уже 23 человека, не считая гостей.

Немцы приехали на двух небольших автобусах повышенной проходимости, поэтому они смогли добраться до самого нашего лагеря, расположенного в Роще Круглой. Надо заметить, это удается не всем, многие, приезжающие на Вахту, оставляют машины в лесу в паре километров от лагеря, а дальше идут своим ходом.

— Мы, конечно, слышали, что дороги у вас плохие, но чтобы настолько! Такого мы не могли себе даже представить! — прибыв на место, сказали гости.
Началось время взаимного узнавания и удивления. Наших ребят удивило то, что из машин гостей стали появляться, как по мановению волшебной палочки, палатка, шатер, складные столы и стулья с креслами, но когда они достали гриль, дизель-генератор и две кофеварки, то удивлению не было предела: электрические кофеварки в лесу! Немцев, в свою очередь, удивляло, как просто устроен наш лагерь, как мы готовим еду на костре, к их приезду мы даже блинчатый пирог в виде торта приготовили. Их удивило, что у нас тоже есть свой дизель-генератор, мотопомпа, шуруповерт и мотопила. Их удивило, как ловко наши ребята колют дрова для костра и как повара готовят на костре в больших эмалированных ведрах. Немцы привезли с собой кастрюли. В первый день так и существовали: немцы за своим столом, русские за своим. Постепенно все познакомились, немцы перебрались к нашему столу и некоторые отважились даже попробовать нашу кашу, салаты и супы, и постепенно все стали есть за общим столом. А уж повара старались накормить студентов и гостей повкуснее. Были и борщ, и щи, и даже рассольник. Каждый день на столе были жареные грибы, наш «подножный корм». Мы даже варили компот или кисель из черники и брусники. Кстати, кисель немцам тоже очень понравился. Немцы привезли ребятам свое угощение: много шоколада, жевательных конфет, чипсов, немецкое пиво. По вечерам все дружно сидели у костра и вели долгие разговоры далеко за полночь. Немцы очень быстро вошли в ритм отряда. Когда они приехали и увидели утром, как все дружно направляются в сторону речки Черной умываться, то им чуть плохо не стало. А на следующий день уже и самый старший, Вернер, бодренько шел к речке, прихватив с собой ведро для кухни. Воду для приготовления пищи мы брали тоже из речки Черной. Так же и после работы все шли мыться на речку, хотя для самых чувствительных к холоду у нас в умывальнике была теплая вода. Однажды я услышала от одного из немцев, вернувшегося с речки: «Как заново родился!». На утреннем и на вечернем построении немцы стояли с нами в одном строю и некоторые даже пели наш гимн вместе с нами по-русски. Все старались показать свое знание иностранных языков: среди немцев лучше всех говорил по-русски Ульрих Гойовчик, он учил русский еще в школе, так как жил в ГДР. Теперь ему эти знания очень пригодились. Раймар Тииль тоже знал несколько обиходных слов, из наших представителей лучше всех говорила Катя Кудинова, Вадим Колосов тоже мог вести несложную беседу, Влад Потявин пытался использовать свои познания в польском и английском. В общем, во время разговоров у костра скучно никому не было. Однажды Ульрих, сидя с нами у костра, сказал: «Не понимаю, зачем немцы полезли в Россию, что им тут было нужно? Ведь русские защищали свою Родину, свои города и села…». И еще один момент очень удивил наших поисковиков — это когда немцы после поисковой работы пошли закапывать непроходимые ямы на нашей дороге, чтобы выбраться из леса, не повредив машины, ведь им еще надо было для возвращения домой проехать около 1500 км. И они это сделали, хотя по этой дороге им нужно было проехать всего один раз!

Немцы за время пребывания в отряде смогли познакомиться с русскими и немецкими позициями в районе Рощи Круглой, которую противник называл «Wenglernase», увидели противотанковые надолбы в лесу, нашли и раскопали немецкий блиндаж, в котором обнаружили пачку листовок, агитирующих русских солдат сдаваться в плен. Наши поисковики нашли пропавшего без вести немецкого солдата с сохранившимся не переломленным жетоном, то есть о нем родственникам до сих пор не было известно ничего, кроме того, что он погиб под Ленинградом. Теперь его останки можно будет похоронить на немецком кладбище в деревне Сологубовка. А по жетону искать родственников. На этой вахте был найден и медальон бойца Красной Армии, правда, он очень плохо сохранился, но сам процесс, как раскрывают вкладыш, как его сушат и пытаются прочитать, немцы переживали вместе с нами.
Перед отъездом у некоторых немцев слезы наворачивались на глаза, так им не хотелось уезжать. Но они обещали приложить все усилия, чтобы приехать сюда вновь и продолжить поиск погибших и пропавших без вести.

Т.В.Пономарева,
боец отряда «Ингрия»

Новости СПбГУ